Командир сгоревшей базы ВМФ: МЧС нас бросило

Уволенный из-за пожара подполковник рассказал, как он с матросами 10 дней спасал авиабазу от огня.

43-летний подполковник Виктор Биронт, лишившийся должности командира военной базы после крупного пожара, рассказал в эксклюзивном интервью Life News, как он вместе с подчиненными спасал воинскую часть от огня.

Утром 29 июля подполковник выехал на периметр и расставил людей на границе с горящим лесом.

- Работали в лесу все - и гражданские, и военные, - говорит Виктор Иванович. - Я тоже там был, лишь периодически отлучался, чтобы позвонить и вызвать помощь. Приехали начальники ГО ЧС оценить ситуацию. Потом начался сильный ветер - порывы были около 20 метров в секунду - и погнал все из глубины леса. Страшно было попасть в огненные мешки. Вот, посмотрите - все руки, ноги обоженные. Мы стояли по периметру, до имущества было еще километра полтора. Такая картина страшная - огонь в лесу стеной. Я дал команду на эвакуацию. Я последний оттуда вышел, потому что орал до последнего, чтобы парни не погибли.

По словам Виктора Биронта, пожарные прибыли только через два часа после вызова.

- Мы для города как будто не существуем: ни МЧС, ни милиции... никого с нами не было, - рассказывает подполковник. - Вот дачи по 1,5 миллиона долларов – спасали. Там и заслоны, и милиция. Первая помощь пришла спустя несколько часов - сколько я ни звонил, сколько ни просил. Только через пару часов прилетел пожарный вертолет. Пройти туда не можем - все горит, все полыхает... Людей быстро пересчитал. Потом пришла машина из Москвы, а к ночи прибыл замминистра обороны. Идти внутрь было невозможно. В противогазах матросы просто задыхались - они абсорбируют сажу. Я дал команду их снять...

Масштабному пожару, уничтожившему имущество на миллиарды рублей, предшествовали 10 дней борьбы с огнем. И за все эти 10 дней большое начальство, несмотря на все просьбы, не приняло никакого четкого решения о том, как спасти авиабазу. Фактически ее спасение зависело лишь от 40 матросов и их командира. 115 гектаров - почти по три га на человека.

- Я в должности три месяца, мне дали эту часть в мае в новом составе, после сокращения, - говорит Биронт. - Сократили 19 офицеров, 36 прапорщиков. Осталось всего 40 матросов, одиннадцать сержантов и четыре офицера - и это все люди на такую огромную часть. Плюс гражданский персонал, который тоже относился с большим пониманием. Я не мог отправлять на борьбу с огнем женщин-заведующих, потому что средний возраст моих работниц 58 - 60 лет. Зарплаты низкие, по 5 - 7 тысяч, идут работать только пенсионерки, которые здесь много отработали. Они тоже помогали всем, чем могли. Мужчины тоже выходили в лес с топорами, с лопатами - пытались останавливать пламя.

- Лес на подходе к части горел 10 дней, - продолжает Виктор Иванович. - Неоднократно обращался, проводили тут совещания, уточняли, приезжали высшие чины, господин такой Шумеев – зам по безопасности, эколог приезжал сюда. Матросы двое суток по периметру стояли, не допускали распространения огня. В ГО ЧС звонил. Когда давали помощь, а когда и отказывали. Своей пожарной команды у меня не было - ее сократили в феврале этого года. Была просто внештатная пожарная команда, сами окапывали и всеми способами предохраняли. Когда я увидел, что очень все сложно - я ввел в эксплуатацию свой внештатный автомобиль, который я должен был сдать пожарным. Вообще, его эксплуатация запрещена, за то, что мы им пользовались, я должен был заплатить деньги. Завели этот пожарный автомобиль и поставили его туда. Водителя закрепил, который у меня использовался на полную катушку. Поливали, сбивали пламя, в общем, боролись, хотя специалистов у меня не было. Пришлось обучать своих офицеров, которые и занимались тушением пожара.

- В принципе, с огнем мы справлялись первые десять дней, - говорит уволенный командир. - В Москву я докладывал: и по телефону, и при утренних докладах, и факсограммами. Просил дать помощь. Машину один раз дали. Из Щербинки с аэродрома пришел КамАЗ, две цистерны вылил и уехал обратно. Местные все были у гражданских задействованы – села горят, администрация то же самое, потом с барского плеча кинули 14 заплечных огнетушителей, буквально за день до этого глобального пожара. В них уходили от части на километра два тушить лес.

О своем увольнении Виктор Биронт узнал из теленовостей. В этот момент он как раз писал объяснение в прокуратуре. В этом документе он указал, что из части успели спасти имущество на 40 миллионов рублей.

- Мои люди спасали новые машины. Сгоревшее имущество там было с истекшими сроками и требующее ремонта. А потом все закончилось, все закрыли, а нам сказали, что по большому счету все мудаки. Мол, здесь горит, а они лезут в пекло и спасают технику. Я не защищаю себя, я сказал как есть. По идее я должен был за три месяца вырвать все, что выросло за 60 лет в этом лесу. Потому что 60 лет там никто ничего не делал...

  

---

 

Если Вам не сложно - процитируйте у себя. Пусть люди почитают...

 

---