В поисках следов древней русской традиции мы обычно устремляемся в глубинку, на Север, в Сибирь... Откуда, дескать, взяться им, этим следам, в самом центре России, где почти всё (или поголовно всё) население превратилось, как считают многие, в «Иванов, не помнящих родства»? Но если Традиция — нечто живое, непрерывное и всегда — скрыто ли, явно — присутствующее в нас и вокруг нас, искать нам надлежит не следы её, но проявления. А для этого — задумайтесь! — вовсе не обязательно ехать за тридевять земель.

Вот, например, немало разъезжая по Подмосковью, я часто встречаю в деревнях и сёлах старые и не очень дома, многие из которых могли бы послужить образцами для исследователей-историков, этнографов или для художников, использующих в своём творчестве традиционные мотивы. Такие дома можно встретить в самых разных местах Московской области, причём не только где-то на её окраинах, но, порою, у самой МКАД. Одни из них интересны не совсем обычной планировкой, другие — предивным резным узорочьем, третьи украшены знаками и оберегами, да какими…

Об одном из таких «просто украшений» и пойдёт речь.



                                                                                                       * * *

…Лет пятнадцать назад я впервые оказался около небольшого хуторка под городом Серпуховом. Хуторок как хуторок, вполне российского вида: несколько домов, сараюшки, покосившиеся заборы... ну, в общем, всё, как полагается. И единственным, что привлекло моё внимание и запомнилось, было не совсем, с тогдашней моей точки зрения, обычное оформление крыльца одного из домов. Тогда, признаться, в памяти моей отложилось лишь то, что над входной дверью было помещено довольно занятное резное изображение.

На обшитой досками крашеной стене дома почти под самым коньком крыши крыльца неизвестный мастер разместил три резных рельефа. Выполнены они в технике накладной резьбы, достаточно просто — не сложнее, чем флюгеры, которые иные любители украшений нередко ставят на крышах дачных домиков. Две круглые розетки в виде цветка, расположенные одна над другой, а между ними — фигурка человека. Что, казалось бы, проще?

Лишь спустя немало лет я понял смысл и осознал всё значение увиденного. Всякий, кто имеет некоторое представление о традиционной русской символике, без особого труда распознает в этой резьбе не просто симпатичное украшение, но достаточно хитрую композицию, являющую собой не что иное, как традиционный домовой оберег, таящий в себе отголосок представлений наших предков о мире и о месте человека в нём.

Верхняя розетка восьми-, нижняя — шестилучевая. Самым логичным кажется предположение, что вся композиция в целом есть символическое изображение трёх миров: верхнего, среднего и нижнего. Такая модель характерна для большинства традиционных культур. Вверху — солнце, ниже — человек, ещё ниже... Стоп! Нижняя розетка также выполнена в виде солнца. Точно такие же или подобные солнца в изобилии встречаются на полотенцах северных изб. [Полотенце — здесь: элемент отделки традиционного русского дома в виде плоскорезной доски, находящейся на стыке двух скатов кровли.] Но почему мастер изобразил два солнца?

Быть может, для того, чтобы беда не могла проникнуть в этот дом ни летом (верхняя розетка может символизировать солнце «летнее»), ни зимой (тогда нижняя розетка будет изображением нижнего, «зимнего» солнца)? В этом случае человеческая, точнее, женская фигурка оказывается, например, кем-то вроде берегини. Как бы то ни было, перед нами — не просто украшение, а ещё один вариант домового оберега. Я не склонен утверждать, будто такого рода оберег является чем-то уникальным, но ничего подобного на домах в соседних сёлах и деревнях отыскать не удалось.

Мне бы, наверное, никогда не пришло в голову писать об этом обереге, когда бы не одно примечательнейшее обстоятельство, а именно, возраст дома, о котором идёт речь. Логично ожидать, что встретишь подобное изображение на домах старых, построенных, скажем, в девятнадцатом или, па худой конец, в начале ХХ века. Но, по словам обитателей, дому и, соответственно, изображению немногим больше… полувека.

В нём живут те самые люди, для которых этот дом и строился. Однако объяснить, что именно означает изображение, они не могут. Задумали строиться, нашли умельца, он дом поставил, резьбу на фасад поместил: заказчикам поправилось, вот и всё...

Хозяева не помнят имени плотника, ставившего дом. Ещё бы: по меркам человеческой жизни полвека — немалый срок. Мы же вечно спешим куда-то и нередко не в состоянии вспомнить имён людей, с которыми встречались неделю назад. И всё-таки продолжают жить среди нас те, чья память хранит гораздо больше знаний, нежели наша. Им не так важно, чтобы мы помнили их по имени, им куда нужнее нечто другое. В данном случае, думается мне, неизвестный мастер более всего хотел, чтобы жилось в доме, построенном им, хорошо и счастливо.

http://www.velesova-sloboda.org/heath/russianhouse.html